«Turn On Tomorrow» — «Включи будущее».

Костин константин джип ноутбук прошлое


Читать онлайн "Джип, ноутбук, прошлое [СИ]" автора Костин Константин Константинович - RuLit

– А в Америке принято ходить так?!!

– Ну что вы… Разве что в дороге и то, когда никто не видит. Хотя в брюках ходят многие. Но, опять-таки, не в обществе. К сожалению, в дорожных условиях нет возможности ходить в юбках, поэтому я заказал для жены и дочери брюки…

Руслан прикусил язык. Первое правило хорошего обманщика – не многословить. Кажется, что чем больше подробностей, тем больше тебе поверят. На самом деле, тем быстрее тебя поймают на противоречиях.

– Короче говоря, – перешел Лазаревич к деловому тону, – я собирался заказать у вас в городе комплект одежды для жены и дочери, чтобы, так сказать…

– Не скандализировать публику, – механически кивнул Владимир Андреевич, в глазах которого все еще стояла Юля в футболке, – В Луге есть и магазин готового платья, на Успенской, а доме Тирана. На Покровской работает мастер Казакевич из Санкт-Петербурга, который может сделать вашей жене модное платье…

– Существует одна проблема, как говорим мы, американцы, уан литтл проблэм. У нас украли деньги.

– Что, все?!

– К сожалению, да. Мы остались совершенно без средств к существованию.

Владимир Андреевич потер бородку:

– К несчастию, я не обладаю достаточной суммой…

На его лице была искренняя жалость человека, который не может помочь.

– Ну что вы, Владимир Андреевич, не стал бы я просить денег даже будучи и в весьма стесненных обстоятельствах…

Руслан увидел расширившиеся глаза жены, кашлянул и перешел на более современную речь.

– Я хотел бы попросить у вас помощи, но отнюдь не материальной… Не могли бы вы, Владимир Андреевич, приютить не время мою жену с дочкой, а также мой автомобиль. Также не могли бы вы назвать мне фамилии горожан, которые могли бы купить у меня несколько вещей, которые мне в дальнейшем не пригодятся.

Задачка оказалось сложной для не до конца проснувшегося мозга старого журналиста. Владимир Андреевич потер голову, пытаясь сообразить, что он может посоветовать неудачливому американцу.

– Вещей, вещей… А что за вещи вы хотите продать?

Тут уж призадумался Руслан. Вещей-то у них много, но они все делятся на две группы: те, что не стоят больших денег, вроде одежды или упаковки пива, недопитого вчера, либо вещей, которые слишком уж явно указывают на их нездешность, вроде ноутбука, мобильников или флешек. К тому же, кому можно продать мобильный телефон в начале двадцатого века. Нет, наверное, если поискать как следует, то можно найти подходящего покупателя. Вот только покупатель еще где-то в неизвестности, а Анюта хочет есть уже сейчас. Что же продать…

Анюта подошла к журналисту:

– Здравствуйте. Меня зовут Аня.

– А меня, – отстал на время от задумавшегося Руслана старик, – зовут Владимир Андреевич.

– Вы – учитель?

– Нет, журналист.

– Понятно. Владимир Андреевич, а где здесь у вас…

Девочка опустила голову.

– Ммм… – замялся сам журналист, – Вон там, за жасмином.

– Спасибо, – не поднимая головы поблагодарила девочка и убежала.

– Руслан, – Юля подхватила мужа за рукав и отвела чуть в сторону, – ответь мне на две вещи. Во-первых, откуда ты взял этот "Ууз"?

– Не поверишь, из фильма "Черепашки-ниндзя". В девяностые на видеокассете в начале фильма лежал бидон на котором было написано это слово и гнусавый голос перевозчика переводил "Радиоактивная тина".

– Ладно. Во-вторых, что там решил продать?

– Что-нибудь ненужное.

– Чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное.

– А у нас денег нет. Правильно, вот только и ненужного у нас в багажнике валяется столько…

– Например?

– Например, твой купальник…

Купальник, в котором Юля загорала, когда никто не видел, мог бы произвести фурор и в начале двадцать первого века.

– Или еще можно взять ружье и пойти на гоп-стоп. О! А это идея!

– А если серьезно?

– Если серьезно… Владимир Андреевич!

Руслан подошел к деликатно отдалившемуся журналисту.

– Скажите, есть ли в городе заядлые охотники?

Тот задумался.

– Громов, например, Андрей Валерьевич. Мы с ним иногда, – старик поморщился, – в картишки поигрываем. Но к нему я бы вам обращаться не советовал. Антрэ нуа, пренеприятный человек, из породы "лужских дельцов"… Знаете что? Я бы порекомендовал вам Леонида Андреевича Андронова. Человек серьезный, свой торговый дом на Покровской, два отделения, лесопилка… К охоте неравнодушен, опять же. Подождите.

Владимир Андреевич сорвался с места и забежал в дом. Проскрипели доски крыльца, стукнула дверь.

– Ружье решил продать? – посмотрела на Руслана жена.

– А на кой оно нам здесь?

– Не жалко? Все таки память об отце.

– Ага, память…

Памятью был все же "уазик". А откуда у отца, никогда в жизни не бывшего охотником, ружье – Руслан не знал. Он и наткнулся-то на него случайно, в кладовке. Пару раз брал на дачу, по банкам пострелять, и все. Какая уж тут память.

– Да и вообще, – продолжила Юля, – потом можешь пожалеть, что продал по дешевке.

"Ага, потом…"

Руслан вздохнул. Все-таки Юля еще не понимает всей серьезности ситуации. Для нее это – нечто вроде внезапной турпоездки в царскую Россию. Юля еще не понимает, что это – внезапная эмиграция, без денег и документов. Хуже любого гастарбайтера, у того, по крайней мере – родственники есть, соплеменники. А у них – только они сами.

Вышедший на крыльцо журналист позволил Руслану не отвечать на вопрос жены:

– Вот, мистер…

– Называйте меня просто "господин".

Фыркнула и отвернулась Юля.

– Простите. Господин Лазаревич, вот, не сочтите за оскорбление…

На протянутой ладони лежали несколько монет.

– Чтобы вам можно было извозчика взять, не идти пешком. Больше двадцати копеек не давайте! Эти сарданапалы, если увидят, что клиент не из местных – ободрать как липку готовы.

Руслан принял монеты.

– Обязательно верну, как только получу деньги.

– Ну что вы, не стоит, право, такой пустяк.

– Нет-нет, обязательно верну. Джентльмены всегда платят долги.

– А вы – джентльмен?

– Ну разумеется.

Вернулась из "кустиков" Анюта и куда-то утащила Юлю.

Руслан взглянул на монеты в ладони. Три серебряные – вроде бы при царе они на самом деле были из серебра – на одной стороне двуглавый орел, выглядевший как-то более агрессивным, чем современный, на другой – надпись "10 копеек" и год. 1909-ый.

"Вот примерно и определились. От девятого до четырнадцатого года. Черт, я бы предпочел седьмой. Революция уже кончилась, а до войны есть время подготовиться…"

Вместе с серебрушками лежала медная монета: крупная, куда там нынешним. С одной стороны – тот же орел, с другой: надпись в полукружье "1907 годъ" и "3 копейки". Вместо буквы "е" в слове "копейки" красовалась ять.

"Черт, я же еще и неграмотный теперь. Малограмотный, в смысле. В каких случаях эта закоряка пишется, каких нет – не знаю".

Руслан не стал дальше размышлять над своим бедственным положением. Сначала нужно решить тактическую задачу: деньги и только потом строить стратегию.

"Попросить позвонить извозчикам… Стой, Руслан, куда он позвонит, в колокол, что ли? Интересно, а телефоны уже есть? Спросить? Или спалишься? Да ну, я, конце концов, американец, у нас там на каждой ферме по телефону"

– Простите, а телефон у вас есть?

– Ну откуда, – развел руками журналист, – а вы что, хотели извозчика по телефону вызвать?

В лице было удивление и легкая усмешка над глупым американцем.

– Да, знаете ли, привык к цивилизации.

– Ну не скажите, – слова Руслана задели Владимира Андреевича за живое, – у нас конечно, не Америка, но хотя бы негров не угнетают. Только недавно в столичных газетах читал, что у вас в Техасе…

– Нет-нет-нет, что вы, господин… мм…

– Ковалев.

– Господин Ковалев, не хотел оскорбить ваши чувства. Просто по старой американской привычке хотел вызвать такси.

Ковалев рассмеялся:

– Вот уж чего-чего, а таксистов у нас нет. Извозчиками обходимся. Хотя… Да, придется вам пешком идти. По нашей улице они редко ездят.

– Ничего, спорт полезен.

– Совершенно с вами согласен. Итак, выходите, значит, из калитки, поворачиваете направо…

www.rulit.me

Читать онлайн "Джип, ноутбук, прошлое [СИ]" автора Костин Константин Константинович - RuLit

Петр Александрович немного рассказал о своем производстве.

* * *

– В девяносто шестом мы с Яковлевым Евгением Александровичем, построили наш первый автомобиль…

Насколько смог понять Руслан, этот автомобиль вообще был первым в России, хотя Фрезе этого и не говорил. Двигатель был изготовлен на фабрике того самого Яковлева, остальное сделал Фрезе, не самолично, конечно, но на его фабрике.

Впрочем, первый автомобиль, как первый блин, никого не заинтересовал. Видимо, потому, что был не иностранным. Оказывается, вот с каких еще времен в России существует традиция пренебрегать родным автопромом…

Фрезе и его пособника… тьфу…

Руслан помотал головой. Адреналиновый всплеск сходил и голова становилась мутной.

Фрезе и его сообщника… тьфу ты! Короче, этих двоих не остановила первая неудача и через три года была открыта автомобильная фабрика. Вернее, фабрика существовала уже давно, на ней началось производство автомобилей.

Как на бензиновых двигателях, так и на электрических.

– Как?!

– Вас удивляют автомобили на электрическом ходу?

– Знаете, да. У нас таких почти не делают.

– Не делают, не делают… – Фрезе поскучнел еще больше.

Да, на его фабрике еще десять лет назад делали электромобили. Двигатели иностранные, а вот конструкция – родная, отечественная.

Впрочем, производством автомобилей по лицензии Фрезе тоже не гнушался. Причем, не "отверточная сборка", когда все, до последнего шурупа – импортное, а от России = только сборка. Фрезе закупал комплектующие, которые не мог купить в России, а что мог – делал сам. Вообще, как заметил Руслан, Фрезе хватался практически за все, что можно было сделать.

Серийные автомобили – он.

Серийные электромобили – он.

Один из первых грузовиков в России – он. Опять – собственная конструкция.

Сдача автомобилей в прокат – Фрезе.

Участие в конкурсе на продажу автомобилей армии – Фрезе. Грузовики в девятьсот втором забраковали, а вот легковушки – купили.

Тогда же на фабрике Фрезе был построен электромобиль с подводом тока от провода. В первый момент Руслан непроизвольно фыркнул, вспомнив старый анекдот об электромобиле, доехавшем от Нью-Йорка до Чикаго за пять тысяч пять долларов: пять долларов – счет за электричество, пять тысяч – стоимость удлинителя. Но потом по описанию Петра Александровича понял, что речь идет чем-то вроде троллейбуса. Автомобиль двигался, снимая ток с проводов.

Годом позже Фрезе поставлял автомобили для развозки почты, четырнадцать штук. Они проездили недолго, сгорели в пожаре. Случайно.

И опять – пожарный автомобиль, электропоезд, грузовик с прицепом, санитарные машины, инкассаторские… Пусть единичные, но все равно, они делались.

Вот здесь Руслану стала понятна причина тоски Фрезе.

* * *

Подойдите к юноше шестидесятых годов, грезящему космосом и расскажите ему, что через полвека человечество не только звезд не достигнет – даже до Марса не долетит. Откажется от Луны и будет гордиться тем, что за деньги в космос могут летать разные лысые и ушастые туристы.

Подойдите к молодому писателю, фонтанирующему идеями ненаписанных пока книг и скажите ему, что он за всю жизнь напишет только три романа.

Да что там, подойдите к любому юноше нашего времени и скажите ему, что он за всю свою жизнь сумеет переспать только со своей женой и один раз – с коллегой в командировке.

Только что перед человеком были тысячи неизведанных путей, по которым так интересно пройти и вот уже остался только один. Бейся, не бейся – бесполезно. Ты уже приговорен будущим.

Вот и Фрезе, узнав, что в будущем все те дороги, которые казались такими интересными, такими перспективными – оказались заброшенными, вместо того, чтобы обрадоваться, поняв, какие направления не стоит развивать, огорчился. Огорчился, потому что есть люди, которым интереснее самому придумать автомобиль, автомат, самолет, танк, чем получить готовые знания из будущего.

Не всем интересно заглядывать в конец учебника за готовыми решениями.

* * *

Последние два года дела фабрики Фрезе шли плохо. Его компаньон уже десять лет как умер и двигатели закупались во Франции. В восьмом году правительство Российской Империи решило поддержать отечественного производителя. И, как это часто бывает, сделало только хуже.

Поддержка заключалась в следующем: были задраны пошлины на иностранные комплектующие для автомобилей. Мол, не будет покупать импортное, у нас – собственная гордость, будем развивать свое производство двигателей. Ага, развивать. Кто те двигатели строить будет? "Ну, кто-нибудь" – наверное, думало правительство. К примеру, те, кто собирает автомобили, тот же Фрезе. У которого все деньги в деле, а новых поступлений не предвидится, потому что, для того, чтобы построить автомобиль, нужно сначала потратить деньги на его детали, те самые, на которые задрали пошлину. Причем, что характерно, пошлина на готовые иностранные автомобили осталась прежняя, то есть, цена на отечественные машины поднялась, а на иностранные – осталась прежняя. А, как известно, патриотизм очень часто – только до тех пор, пока не влияет на кошелек.

Короче, правительство оказало Фрезе медвежью услугу.

* * *

– Я – почти банкрот, господин Лазаревич. Я уже собираюсь начать переговоры с Русско-балтийским вагонным заводом о продаже фабрики. Продать производство – и в Граново, в отцовское имение, проживать остаток лет.

Руслан молчал. В баках УАЗа осталось бензина от силы литров десять. Не хватит для того, чтобы доехать до Риги. Молчала Юля. Она тоже поняла, что надежда на Фрезе рухнула. Молчала Аня. Ей вообще было скучно слушать этого бородатого старика с забавным икруглыи ушами. Аня хотела гулять.

– Вы выбрали не того человека, господин Лазаревич.

Кто умнее: человек начала двадцатого века или человек начала двадцать первого? Интересный, конечно, вопрос… Если судить по объему знаний, то тогда первенство за человеком современным. Уточнение: если сравнивать СРЕДНИХ людей. Навряд ли мерчендайзер из гипермаркета знает намного больше, чем скромный учитель из Калуги.

Откуда же тогда берется устойчивое мнение об обратном? О том, что любой человек, попав в прошлое, непременно будет знать БОЛЬШЕ? Да очень просто. Из книг, в которых авторы подыгрывают своим героям. Если человек увлекается историей Второй Мировой, то, ясное дело, он окажется в сорок первом году. Уж никак не в 1812-ом. Фехтовальщик никогда не попадет в СССР тридцатых годов, выживальщик – в США пятидесятых, а восторженная девочка, мечтающая о влюбленном вампире – в Трансильванию пятнадцатого века.

Человек ВСЕГДА оказывается в прошлом именно в такой ситуации, которая позволяет ему применить ранее полученные знания, показав его в наилучшей стороны.

В книгах.

Легко быть самым умным среди первоклассников. Хотя… Если вы станете соревноваться с ними в том, кто лучше берет интегралы – возможно. А сможете ли вы выиграть у девочек-первоклассниц в "резиночку"? Даже у маленького ребенка есть что-то, в чем он умнее вас. К сожалению, не все идет так, как тебе хочется. Не вы выбираете, в чем будете соревноваться с другими людьми. Не вы. Жизнь.

Вот и Руслан, человек, который наиболее приспособлен к жизни во вполне определенном временном отрезке – начале двадцать первого века, не может знать что-то, что позволит ему с легкостью разрулить проблемы Фрезе. Он, Руслан, человек с кругозором обывателя, может чуть лучше среднего человека знающий о мебельном производстве, стимпанке или автомобилях – человек, владеющий двадцатилетним УАЗом просто не может не знать, как тот устроен – а Фрезе сейчас нужен другой. Человек, в одном кармане которого – пачка денег, а в другом – завод по производству двигателей и шасси. Одними голыми знаниями сыт не будешь.

* * *

Фрезе вцепился в собственные волосы, став еще ближе к образу безумного ученого.

– Я молился, – печально произнес он, – молился о том, чтобы Бог помог мне. Потому что моих сил уже не хватает, чтобы спасти фабрику. Я молился… И кого Бог прислал мне на помощь?

www.rulit.me

Читать онлайн "Джип, ноутбук, прошлое [СИ]" автора Костин Константин Константинович - RuLit

Юля вздохнула:

– И с этим человеком я живу… Вот найду пылкого, романтичного гусара…

– Ага, поручика Ржевского. Как ты его узнаешь, даже если вдруг встретишь?

– Да уж как-нибудь узна…

Юля заулыбалась, как девчонка, подготовившая хитрую пакость:

– А ты узнал журналиста, с которым мы разговаривали у Репина?

– Николай Эммануилович? – вспомнил Руслан, – А должен был?

– Руслан! Ты меня разочаровываешь. Даже я поняла, кто это! Вспомни его фамилию.

– Корнейчуков? Кажется, был такой писатель… Это он, что ли?

– Руслан, подумай, как следует. Кор-ней-чу-ков…

– …ский, – Лазаревич сообразил быстро и поднял ошарашенный взгляд на жену. Чуковский? Это был он? Что ж ты молчала?!

– А что, я должна была закричать: "Ой, Руслан, смотри, это же Корней Чуковский, который станет в будущем знаменитым детским писателем! Смотрите все!". Ты Репину меньше удивился, чем Чуковскому!

– Просто… – Руслан задумался, – Просто, наверное, Репин УЖЕ известен, и знает это и выглядит, как знаменитость. В нашем времени от всяческих знаменитостей протолкнуться невозможно, приобретаешь к ним некий иммунитет. А Чуковский… Просто мужик с усами, в сапогах, обычный человек. И тут узнаешь, что он прославится в будущем, и никто, кроме тебя, об этом не знает. Совсем другие ощущения.

* * *

"Корнейчуков. Журналист…". Человек у замочной скважины удовлетворенно выпрямился. И замер, насторожившись.

Шаги. Кто-то шел к кабинету, поднимаясь по лестнице.

Быстрым скользящим шагом человек пробежал по коридору и свернул на вторую лестницу.

"Надо возвращаться, пока Равиль не заметил…".

Помянутый Равиль как раз по лестнице и поднимался. Осторожно ступая, подошел к двери кабинета, протянул руку…

И, не открывая дверь, наклонился к замочной скважине, прислушиваясь.

* * *

– Кстати, почему он Корнейчуков?

– Руслан!

– Я не могу знать все.

– Он потом возьмет псевдоним от своей фамилии.

– Ну понятно…

* * *

Равиль бесшумно отошел от двери и спустился по лестнице. "Странно, очень странно…"

* * *

Через два дня Руслан, уже без Юли, которая прочесывала телефонную книгу в поисках новых пока неизвестных знаменитостей, сидел вместе с Фрезе в кабинете на фабрике.

– Я разговаривал с господином Пузыревым… вам знакомо это имя?

– Нет, – подумав, ответил Руслан.

– Странно. Либо он быстро прогорит, что мне представляется маловероятным… Либо вы плохо знаете собственную историю, господин из будущего.

– Скорее, второе.

– Пузырев строит автомобильную фабрику на Выборгской стороне, собирается выпускать "русские автомобили". Даже двигатели сам собирается строить. Вот я и попытался договориться о поставках части двигателей для нашего авто…

– И?

– Упирается. Не хочет он строить "русский автомобиль" вместе с "немцем". Не переживайте, разговор с ним еще не закончен…

Стук в дверь, в кабинет заглянул кузнечный мастер:

– Петр Александрович, к вам офицер.

– Спасибо, Равиль, можешь идти. Совсем запамятовал. У меня на сегодня несколько встреч, – Фрезе развернул веером визитные карточки, – две из них – просто любопытные, прослышавшие про ваш автомобиль, а вот Петр Иванович…

Короткий стук, в кабинет быстро вошел, практически ворвался, офицер с золотистыми погонами. Черные усы торчали в стороны острыми шильями, несколько надменный – или так показалось Руслану – буравили присутствующих.

– Добрый день, Петр Александрович.

– Добрый день, добрый день. Капитан Секретев, Петр Иванович…

Руслан мельклом глянул на погоны, но подсознательно ожидаемых четырех звездочек не увидел. Звездочек не было вообще, толь одинарный просвет.

"А, ну да, – вспомнил Руслан, который уже успел изучить знаки различия царской армии, – один просвет без звездочек, это как раз капитан. Четыре звезды – штабс-капитан. Вообще здешние погоны несколько непривычны для того, кто привык к погонам Советской Армии. Одна звезда, один просвет – прапорщик, который здесь является полноценным офицером, две звезды – подпоручик, три – поручик, четыре – штабс, потом идет капитан, с одним просветом без звезд, за ним подполковник – два просвета, три звезды, и полковник -два просвета без звезд. А майоров в царской армии не было. В смысле, нет. И не в царской, а в императорской. "Царская армия" – это уже потом, при большевиках, стало употребляться. Правильнее – императорская. Вообще-то, еще правильнее "имперская", это же не личная армия императора, а армия всего государства, сиречь, Российской империи… Но называется почему-то "императорская"…".

Руслан понял, что его мысли уплыли куда-то в сторону и вернулся к разговору.

– …командир Первой учебной автомобильной роты, – продолжал Фрезе, – Первой автомобильной роты в России! Только в мае этого года создана.

Капитан недовольно зыркнул на Фрезе.

– Ну, Петр Иванович, это вовсе не, хе-хе, секрет. Мой компаньон, Лазаревич, Руслан Аркадьевич, создатель автомобиля, который мы теперь пытаемся приспособить для нужд Российской армии.

"Понятно. Первая автомобильная часть в России. Практически экспериментальная. Так что от капитана зависит, какие автомобиль будут поступать в армию. Черт, а у нас вместо полноценного автомобиля…"

* * *

– М-да, – капитан Секретев был несколько озадачен. – Нет, я, конечно, не поверил рассказу о бронеавтомобиле, но и ТАКОЕ не ожидал увидеть.

– Это – макет, – обиженно буркнул Руслан.

Фрезе, видимо, уже договорившись с капитаном о разговоре, предложил сделать хотя модель будущего автомобиля в натуральную величину. Вот, к сегодняшнему дню из толстого картона и деревянных брусков был сделан макет грядущего внедорожника, получившегося очень похожим на американский "Виллис". Двухместный, с объемистым багажником, открытым кузовом. Фрезе даже подобрал краску темно-зеленого цвета, похожего на цвет УАЗа.

Именно этой краской теперь отчаянно пахло от "автомобиля".

– Почему не хаки?

– Хаки, Петр Иванович, это цвет выжженных солнцем равнин Трансвааля, – Фрезе потянуло на лирику, – А для русских условий, для наших сырых лугов и лесов, больше подойдет именно такой цвет, цвет болотной тины…

Капитан обошел макет вокруг, заглянул внутрь.

– Можно? – указал он на струганную доску, символизирующую сиденье.

– Конечно.

Не для того строилась модель, чтобы развалиться, если в нее сядут. Капитан, подобрав полы шинели, запрыгнул внутрь. Взялся за баранку:

– А это что за рычаг?

– Переключение передач.

– Да? Почему не снаружи?

Руслан недоуменно посмотрел на Фрезе.

– Наша конструкция коробки передач, – пришел тот на помощь, – позволяет разместить рычаг внутри салона.

– Да? Какой мощности двигатель вы планируете?

– Тридцать пять-сорок лошадиных сил, – еще раз удивил Руслана Фрезе.

– Скорость?

– Она будет известна после ходовых испытаний.

Секретев скептически шевельнул усами. Руслан посчитал нужным вмешаться:

– Скорость для него отнюдь не главное. Для армейского автомобиля более нужным представляются следующие характеристика: проходимость, надежность и дешевизна.

– Проходимость, говорите? – капитан продолжал сидеть за "рулем", глядя вперед через пустую раму лобового стекла.

– Да, – твердо заявил Руслан, – Она обеспечивается полным приводом от двигателя на все четыре колеса, увеличенным дорожным просветом, специальными шинами…

Секретев перегнулся через борт, взглянуть на колеса и выпрыгнул наружу, с любопытством их оглядывая.

– Любопытно… Они не деревянные?

– Нет. Колеса – уже не макет. Именно такие будут стоять на готовой модели.

– Почему диски сплошные? – капитан попинал диски носком сапога.

– Дешевизна, они изготавливаются штамповкой, это раз. Прочность, они более прочны, чем деревянные спицы, это два. Ну и они гораздо быстрее снимаются и надеваются, что, согласитесь, в полевых условиях немаловажно. Это три.

– Раз, два, три… – поморщился капитан, – Прямо как один мой знакомый, тоже автомобилями увлекался… Вот что, господа, – капитан развернулся к Фрезе и Руслану, шевельнул усами, – Я, конечно, не Жорж Кювье, но, если ваш автомобиль будет таким же, как и колеса к нему, я замолвлю за вас словечко. Правда, армия ориентирована, скорее, на грузовые автомобили, скорее всего больше двух десятков легковых не закупят…

www.rulit.me

Пролог. Джип, ноутбук, прошлое. Костин Константин Константинович

Бабочка взмахнула крылом, ярко-желтым, с двумя красными точками, и увернулась от пронесшейся мимо нее темно-зеленой громадины. Пусть цвет самоходной махины и походил на цвет листьев, но кусты, как правило, не имеют обыкновения бегать по земле. Даже если земля покрыта ровным и гладким слоем чего-то черного и отвратительно пахнущего.

Аня Лазаревич проводила взглядом закувыркавшуюся в воздушных вихрях бабочку. Та была настолько лимонного цвета, что во рту сразу же появилась оскомина. К сожалению, все, что можно было попить, кончилось еще на даче. Ну, кроме пива. Конечно, пить хотелось не так уж и сильно, но десятилетние девочки редко хотят сдерживать свои желания.

– Папа! – Аня отложила ноутбук, в котором читала книжку, и оперлась о спинку переднего сиденья. – А ты можешь остановить возле какой-нибудь заправки и купить лимонада?

Отец девочки, Руслан Лазаревич, бросил короткий взгляд на дочку, на мгновение отвлекшись от управления своим джипом, как он в шутку называл старенький, доставшийся в наследство от отца уазик – УАЗ-469. «Козлик» был ровно в два раза старше Ани и всего на тринадцать лет моложе самого Руслана. Конечно, уазик не самая лучшая машина для владельца – ладно, совладельца – мебельной фирмы, но, во-первых, Руслан редко обращал внимание на внешние атрибуты, во-вторых, на дачу иногда добраться можно было только на вездеходе, потому что дорога, особенно весной, выглядела так, будто по ней совсем недавно проехала вся танковая армия Гудериана туда и обратно. Ну и в-третьих, у Руслана был и второй автомобиль, трехгодовалый Pathfinder. Который был куплен по большей части для дочки. Она никогда не капризничала, но Руслан-то понимал, что школьники внимательно смотрят на то, на каких машинах привозят одноклассников…

– Анюта, а ты можешь потерпеть полчасика? До города осталось совсем немного.

– Пап, ну что тебе стоит!

Честно говоря, Руслан немного торопился домой. Ребята из фирмы обещали сегодня скинуть на «мыло» чертежи столика какой-то новой, очень занимательной конструкции. Эти прохвосты уже неделю интриговали Руслана, обещая, что тот просто ахнет, когда увидит ЭТО. Он должен был посмотреть и высказать свое мнение.

Мебельная фирма с гордым итальянским названием «Кассоне» на самом деле была небольшой конторой с мастерской, двумя магазинами и группой энтузиастов, которые не сомневались, что рано или поздно они все станут миллионерами. Когда бывший одноклассник предложил Руслану бросить прежнюю работу менеджера по непонятно чему в конторе, которая занималась непонятно чем, и вместе заняться своим собственным делом, тот не сомневался ни секунды. Лучше уж продавать табуретки и журнальные столики и выслушивать заказы вроде «четырехногого столика на трех ножках», чем сидеть в душном офисе, изо дня в день делая одно и то же. Зато как здорово вместе с клиентом придумать этот самый столик, самому сделать его в мастерской и продать его тому, кому давно надоела мебель из «Икеи». Наверное, у Руслана была слишком богатая фантазия, которая ежедневно требовала творческой деятельности.

Хотя надо сказать, что соблазнился он не только возможностью воплощать свою фантазию, но и тем, что ожидаемый доход – при самых пессимистических прогнозах – был почти в три раза больше его нынешней зарплаты. Творчество творчеством, а семью надо содержать. Не жене же этим заниматься. Зарплата учительницы младших классов совсем не такая большая, как полагает тот, кто определяет размер окладов.

Руслан покосился на супругу, сидевшую на переднем сиденье, и увидел, что она смотрит на него с укоризной.

– Руслан.

– Что?

– Давай остановимся. Аня хочет пить.

– Хочу, – кивнула девочка.

– Хорошо. Возле первого же кафе.

– Хорошо… Эй, пап! Ты чего! Здесь же по дороге до самого города нет ни одного кафе!

Руслан улыбнулся:

– Ага!

– Это нечестно!

– Нечестно.

Аня уползла обратно на заднее сиденье:

– Ну и ладно.

– Руслан, – укоризненно посмотрела на него жена. – Ты – мошенник.

– Да, – нарочито самодовольно кивнул он.

– Сегодня же день защиты детей.

– И что?

– Руслан!

– Юля!

Муж с женой посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Юля сняла резинку, стягивающую хвост на затылке, набросила на лицо свои черные волосы, вытянула вперед руки и завыла:

– Осталось двадцать минут…

Руслан продолжал улыбаться, мысленно пообещав самому себе, что остановится у первой же заправки. Хоть и хотелось быстрее узнать, что там придумали ребята, все-таки дочка для него была гораздо важнее любых столиков.

– Анюта…

– Что?

– Нет, ничего.

У ноутбука, конечно, был USB-модем и можно было бы попросить Юлю залезть в почту, но, вспоминая, как непредсказуемо здесь ловится сеть… В таких условиях работать в Интернете – все равно что пить шампанское из горлышка верхом на скачущей лошади. Можно, но зачем? Да и разрядится ноутбук скоро уже: ночью провода, идущие к дачному поселку, оборвало некстати рухнувшее дерево. Ребята из Энергонадзора, конечно, успели все исправить к утру, но девчонки все-таки посадили батарею. Где-то была автомобильная зарядка… Точно, Юля заряжала ноутбук, когда он сел окончательно, гоняя двигатель… Да нет, к черту, можно прекрасно подождать до города.

На несколько минут разговор затих, только слышалось гудение двигателя уазика.

Аня закрыла ноутбук и смотрела в окно, в надежде все-таки увидеть кафе и посрамить хитрого папу.

Юля отбросила волосы назад и сейчас тихонько шипела, отцепляя прядь, запутавшуюся вокруг шипа на кожаном браслете.

Руслан уже строил планы на завтра. У Юлиных учеников начались каникулы, как и у Анюты, поэтому завтра девчонки смогут поспать подольше. А бедный несчастный папа должен отправляться на охоту, добывать мамонтов и тащить их в пещеру. Если серьезно, то завтра нужно будет обсудить с ребятами то, что они там напридумывали, обзвонить клиентов – как тех, чьи заказы уже готовы, так и тех, кто еще не подозревает о том, что фирма «Кассоне» внесла их в перечень потенциальных клиентов.

Выходные – это хорошо… Шашлыки там, купание-загорание, пиво в банках… вчера, ибо за рулем Руслан не пил. Жаль, что они всегда кончаются.

– Ух ты, – прошептала Аня.

Справа виднелась крыша кафешки «В долгий путь». Название оказалось не совсем удачным: кафе строили уже, наверное, года три и все никак не могли достроить. И вот сегодня там видна какая-то движуха… Стоит несколько легковушек…

Висит огромный плакат: «МЫ ОТКРЫЛИСЬ!!!» Три восклицательных знака явно показывали, какое облегчение испытывали хозяева кафе.

– Пап, смотри, «Долгий путь» открылся!

– Правда?

Руслан отвел взгляд от дороги буквально на секунду…

Не отвлекайтесь от управления автомобилем. Даже если дорога перед вами пряма как стрела. Даже если ни спереди, ни сзади нет ни одной машины. Даже если нет кустов, из которых любят выскакивать дети. Опасность может прийти с совершенно неожиданной стороны.

С высоты, с очень-очень большой высоты – может быть, даже из космоса, кто знает? – на землю падало нечто. А может быть, не падало, а просто двигалось куда-то по своему пути. По пути, на котором оказался старый уазик.

– Черт!

Руслан ударил по тормозам, но опоздал. Ему не хватило той самой секунды.

Падения непонятной штуки он не видел. Для Руслана все выглядело так, будто на дороге возникла дрожащая клякса, похожая на полупрозрачный силуэт огромной летучей мыши, пронизанный маленькими электрическими искрами. «Клякса» мгновенно исказила обзор, заставив пространство расплываться.

Завизжала Аня.

Автомобиль, не успев затормозить, влетел прямо в центр непонятного явления.

Наступила тишина.

Исчезла «клякса».

Исчез автомобиль.

Вместе с Русланом.

Вместе со всей его семьей.

librolife.ru

Читать онлайн "Джип, ноутбук, прошлое [СИ]" автора Костин Константин Константинович - RuLit

– Все люди разные, – повторил священник, – я знаю крестьянина, Захар Прокофьев, из Загривья, тот в прошлом году отселился на хутор, в десять десятин. Ссуду взял, перенес избу, амбар, сенник, гумно, ригу. Лошадь имеет, три коровы, плуг, соха, борона. Он в землю вцепился, аки древнегреческий герой Антей: убрал камни с участка, распахал, клевер засевает для улучшения плодородности. Хорошо живет, работает.

– Батраков нанимает? – немного неприязненно – вспомнился Столбов – спросил Руслан.

– Нанимает, куда ж без этого. В горячую пору без лишней пары рук никуда. Захар хорошо живет, а другой крестьянин, из того же Загривья, Сенька Вражин, тоже из общины выделился. Землю продал, с долгами расплатился и теперь к тому же самому Захару нанимается, ходит пьяный, в отрепье. Все люди разные, все. Кто пьет да жалуется, а сорок лет назад крестьяне из нашего уезда сами веялки собирали. Из всякого хлама, конечно, но собирали же. Все люди – разные.

* * *

Темнело. Семья Лазаревичей остановилась неподалеку от Санкт-Петербурга, чуть в стороне от лесной дороги. Руслан решил не въезжать в столицу ночью: запутаешься, да и фарами светить – в прямом и переносном смысле – не стоит.

– Так я не поняла, – толкнула его в спину Юля, – хорошо здесь крестьяне живут или плохо? Один говорит одно, другой – другое.

– А я тебе говорю третье: тут на месте, с людьми пообщавшись, не понятно ничего, а ты, ничего не понимая, хочешь что-то менять в истории…

– Да не хочу, не хочу. Я хочу есть, в душ и мужа.

Туманное утро. Московское шоссе. По камням мостовой тихо ползет необычный для 1910 года автомобиль – УАЗ-469. За рулем – сонный и зевающий "американец" Лазаревич.

Нет, Руслан, вместе с Юлей и Аней, с удовольствием бы поспали еще немного, вместо того, чтобы плестись куда-то ни свет ни заря. Однако ночевка в автомобиле под Санкт-Петербургом в середине сентября – удовольствие на любителя. На любителя плеток и наручников.

Мимо каждые шесть-семь минут проплывают знаменитые питерские верстовые столбы – гранитное основание, на нем – мраморный куб, на котором – гранитно-мраморный шишак с вырезанными цифрами. Камень столбов не блестел безупречной полировкой, скорее, выглядел потертым и от этого почему-то казался гораздо более надежным и долговечным, чем сверкающие современные поделки. Такие столбы и еще сто лет простоят…

"Уазик" подъехал к Московским триумфальным воротам – огромному сооружению из серых колонн. Здесь путешествие застопорилось.

* * *

Остановивший автомобиль полицейский, в серой форме, с шашкой, с залихватски закрученными усами, долго объяснял, что, несмотря на то, что в столице количество автомобилей пока еще измеряется сотнями, а не миллионами, а дорожная полиция отсутствует как класс, уже десять лет как действует постановление градоначальника "О порядке пассажирского движения на автомобиле". Согласно постановлению, по городу нельзя ездить:

– без номерных знаков;

– без удостоверения на управление автомобилем;

– быстрее двенадцати верст в час.

Долго же правила дорожного движения объяснялись потому, что Руслан говорил с невозможным американским акцентом. Иногда педалируя его так, что даже Юля переставала понимать, что там говорит ее муж.

В итоге полицейский понял, что тупой американец привык там, у себя гоняться за бизонами по прерии без всяких документов и прочих глупых бумажек, и, за небольшую – в его понимании – сумму согласился впустить их в город и даже сопровождать во время путешествия. Руслан поклялся всеми быками своего ранчо, что кататься по городу не собирается, всего лишь доедет до гостиницы, а оттуда – до фабрики господина Фрезе, располагавшейся по адресу Эртелев переулок, дом 10. И все. Поэтому номер и удостоверение ему не нужны.

И вот, в сопровождении конного полицейского, они покатили по булыжным мостовым Санкт-Петербурга, столицы Российской империи.

В гостиницу "Англетер".

* * *

Юля с Аней до сих пор ни разу не были в Санкт-Петербурге, а вот Руслан был, один раз, один день, по приглашению старого приятеля, бывшего одноклассника. Многого он тогда увидеть не успел, из поездки запомнились разве что Исаакий, Медный всадник, Зимний дворец, Нева, "Аврора", а также то, что виски с колой лучше не смешивать.

"Англетер" была единственной гостиницей столицы, про которую он, Руслан, точно знал, что она, скорее всего, уже построена, что она приличная, а также где она находится.

Правда, полицейский гостиницы с таким названием не знал.

Хотя по описанию местоположения – "напротив Исаакия" – опознал гостиницу "Англия". Туда они и поехали.

* * *

Все трое нервничали – а пуще всего Руслан, который постоянно боялся налететь на извозчика, которые, казалось, заполонили весь город – однако даже в таком состоянии им волей-неволей бросались в глаза различные достопримечательности города.

* * *

Московское шоссе, в черте города сменившее название на Забалканский проспект, длинный и прямой как стрела…

Широкий мост, перед которым они остановились, чтобы пропустить звенящий трамвай. Пассажиры трамвая прилипли к окнам, разглядывая диковинный автомобиль. Юля с Аней прилипли к окнам, разглядывая старинный трамвай…

Сад, проплывший по правую руку…

* * *

– Поворачивай на Измайловскую! – взмахнул рукой полицейский.

Руслан кивнул и свернул влево.

* * *

Возле собора – какого, Руслан не знал, он считал, что в Питере соборов столько, что плюнуть некуда – опять свернули вправо, выехав на еще один проспект, Вознесенский…

Мост, со скучающим полицейским, поуже предыдущего…

Еще один мост, совсем уже узкий, метров десять от силы. Руслан не обращал бы на них внимания, если бы не страх, что под УАЗом один из мостов провалится…

* * *

Огромный дворец, бело-песочной расцветки. Перед ним стояли несколько экипажей и пара автомобилей. Старинных, но роскошных, по сравнению с которыми УАЗ выглядел как современный солдат-срочник рядом с Суворовым.

Опять мост… Ого! Этот мост был шириной метров сто, не меньше…

* * *

– Ух ты! Папа, а чей это памятник?

– Не знаю, Анюта. Император какой-то.

Посреди площади, хвостом к ним, вздымал коня на дыбы некто со спины не опознаваемый.

– Хотя, – вспомнил кое-что Руслан, – если я не ошибаюсь, это один из редких конных памятников, у которых конь опирается всего на две ноги.

– А Медный всадник? – встряла Юля, – Он тоже на дыбы встал. И тоже на двух ногах.

– Медный всадник, Юля, опирается еще и на хвост.

* * *

Они проехали по Вознесенскому проспекту еще немного, по правую руку мелькнул забор, за которым то ли начинали стройку, то ли расчищали место под стройку и вот она – четырехэтажная гостиница мрачного коричневого цвета.

"Англетер". Пусть и с названием "Англия".

* * *

– Руслан, – тихо прошептала ему на ухо Юля, когда они уже вошли внутрь и регистрировались, – Это та самая гостиница, в которой повесился Есенин?

– Ага, та самая.

– А другой ты не мог выбрать? Как-то страшновато…

– Юля, Есенин влез в петлю в "Англетере" уже при большевиках. А сейчас он жив-здоров и прекрасно себя чувствует. Так что его призрака мы не увидим.

– Все равно…

– Пожалуйста, мистер Лазаревич, – портье протянул ключ с деревянным брелком, на котором красовалась выжженная цифра "пять".

– Благодарю, – Руслан опустил в ладонь портье монету и двинулся вслед за тянувшим их сумки коридорным, еле слышно напевая "А в тридцать три Христу, он был поэт, он говорил "Да не убий", убьешь – везде найду, мол…"

* * *

www.rulit.me

Читать онлайн "Джип, ноутбук, прошлое [СИ]" автора Костин Константин Константинович - RuLit

– А что такое?

– Я же сказал – снять браслет!

– Руслан, я забыла.

– Так и скажи: решила начать победное шествие блэк-металла на сто лет раньше.

– Не злись, – Юля лисой подкралась к мужу, прошлась пальцами по груди, Я же знаю, почему ты такой злой…

– Ничего тебе сегодня не обломится. Аня спит в одной комнате с нами.

– Я знаю, – тяжело вздохнула Юля, – Но ты обещаешь?

– Обещаю. Обещаю выдрать как следует за все твои выходки!

* * *

– Нет! Ты с ума сошел!

Кузнечный мастер Ратников был просто возмущен. Предлагать такую низость!

– Не глупи. Никакого риска. Американцы знают, как делать дело, бизнес есть бизнес, как они говорят.

– ТАКОЙ бизнес – не по мне!

Ратников повернулся и зашагал прочь. Нет, ну какая наглость.

– Как знаешь… – прошептал его собеседник.

Кургузый ствол револьвера поднялся вслед уходящему.

Выстрел!

Последнее, что почувствовал Ратников – тупой удар в затылок. Боли не было.

Огромное мертвое тело покачнулось и упало в траву. Из-под головы медленно потекла черная в темноте безлунной ночи кровь.

Как скажут в будущем, совершенно в другой стране: объем мускулов на скорость полета пули не влияет.

Понедельник – день тяжелый. Банальность, а в нашем случае еще и неправда. Руслан с женой и дочкой прекрасно проведи вечер, выспались, и встретили утро в бодром настроении.

– Ну что, девочки, – спросил Руслан после утреннего умывания и легкого завтрака в гостинице, – какие планы на день?

Можно было, конечно, не строить никаких планов и вообще ничего не делать, собраться и уехать в Питер. Но…

Приехать в Питер – означает искать работу, дом, школу для Ани. Это все время, нервы, стрессы, беготня. Хотелось хоть немного, хоть на пару деньков растянуть свое пребывание в Луге, тихом уютном старом городке. Тем более, никто их пока не торопит, гостиница оплачена до четверга, а сегодня – понедельник… Пусть хотя бы эти три дня будут выходными.

– Я не знаю, – сказала Юля, рассматривая корни волос в зеркало. Мутное, кстати, и кривоватое.

– Давайте просто по городу погуляем, – предложила Аня, – А ты мы все время куда-то бежим, бежим, бежим… Давайте погуляем.

Руслан посмотрел на дочку. Пусть. Пусть прогулка. Аня еще осознает, что старая жизнь не вернется, ей еще предстоит много-много неприятных переживаний… Да и ему самому хочется денек не думать о том, в какой ситуации они оказались

– А что, – Руслан хлопнул себя по коленям и встал, – Правда, давайте погуляем. Представим, что мы – туристы.

* * *

Из гостиницы они прошли в оказавшийся неподалеку городской парк. Пусть листья на деревьях уже основательно пожелтела, но парк все равно оставался красивым. Узкие дорожки, аллеи с листвой, изредка шуршащей под ногами, солнечный свет сквозь ветви…

– Красиво… – вздохнула Юля, поддевая ногой кленовый лист, – на Тригорское похоже. Помнишь, мы там были на экскурсии?

– Помню, – вздохнул Руслан, – Тригорское отсюда не так далеко, кстати, наверное, поэтому и похоже.

Они прошли к беседке под черепичной крышей. От беседки тянулись ступеньки к реке, где виднелась пристань.

– Здесь что, пароходы ходят? – Юля прислонила ладонь козырьком.

– Не знаю… Прошу прощения, – Руслан обратился к прогуливающимся по тропинке двум молодым людям в светлых костюмах и соломенных шляпах-канотье, с тросточками, – Мы не здешние, не могли бы вы разрешить наши сомнения. Это – пароходная пристань?

– Совершенно верно. Два раза в день пароходы Плетцера ходят. Правда… – парень прищурился, глядя на реку, – Что-то "Тамара" сегодня запаздывает.

– Вероятно, – предположил второй, – опять реку бревна у завода Андронова загородили.

– Благодарю вас, – приподнял шляпу Руслан.

– Не стоит.

Лазаревичи прошлись по парку.

– Ну что, девчонки, в город?

* * *

Тихая осенняя погода, когда уже нет летней жары, но еще не зарядили промозглые дожди. Вероятно, именно поэтому Пушкину в Болдино так хорошо удавалось творить…

Руслан на некоторое время отложил мысли о том, как жить дальше, Юля не рвалась непременно предупредить Николая Второго о приближающейся войне и поставить командирскую башенку на танк. Для этого нужно было для начала построить танк. Аня, которой до этого не так уж и часто удавалось вот так погулять с обоими родителями, просто наслаждалась прогулкой, задавая вопросы о всем встречном и поперечном.

* * *

– Папа, а что это за дом? – девочка указала на длинное одноэтажное здание со сводчатыми арками.

– Гостиный двор, судя по виду. По крайней мере, на питерский похож.

– Папа! – Аня схватила отца за руку, – А что такое "лури"?

– Понятие не имею. Где ты это слово взяла?

– Вон, на вывеске. Там написано, что их – целый магазин.

– Анюта, это не товар, это – фамилия хозяина магазина. Видишь написано "Магазин Лури".

Девчонка разочаровалась. Она обладала развитой фантазией и успела представить магазин, в котором продаются таинственные существа-лури, наверное, очень симпатичные и дружелюбные. А это, оказывается, всего лишь фамилия толстого дядьки. Неинтересно.

* * *

– Мама, а что такое граммофонные пластинки? Там написано "Прокат граммофонных пластинок".

– Это пластинки, которые слушали на граммофоне.

– Спасибо, мама, – ядовито ответила Аня, – А я сама не догадалась.

– Ну, помнишь, в фильмах про старину есть такие штуки, с огромной трубой, как цветок у вьюнка. НА них кладут большие черные пластинки, заводят рукоятку и играет музыка.

– А, они еще все время заикаются?

– Ну… да.

– Мам, а патефон и граммофон – это одно и тоже?

– Ммм… Руслан?

– Ну вы задаете ребусы. Откуда… А, хотя нет, помню. Граммофон – он с трубой, а патефон – без трубы. Он как маленький чемоданчик, его раскрывали – на нижнюю крышку ставили пластинку, а из верхней играла музыка.

– Тогда почему здесь нет проката патефонных пластинок?

– Вот чего не знаю, того не знаю…

* * *

– Посмотрите налево, – тоном профессиональном гида произнес Руслан, – вы увидите Воскресенский собор, великолепный образчик архитектуры…

– Переигрываешь, – хмыкнула Юля.

– Папа, мы в нем уже были.

– Напали вдвоем на одного…

Щелкнул фотоаппарат.

– Юля, ты с ума сошла?!

– Руслан, – серьезно сказала жена, – Я понимаю, что батарейки в нем скоро сядут, что распечатать фотки мы все равно не сможем, что на память нам они не останутся… Пожалуйста, дай мне почувствовать себя не… – она бросила взгляд на Аню, засмотревшуюся на проходившего мимо полицейского – не Робинзоном Хроноса, а простой туристкой во времени. Пожалуйста.

– Конечно, – улыбнулся Руслан.

Хотя улыбка далась нелегко. Юля понимает, что жизнь сломана, правда, в отличие от него не думает об этом постоянно, а прячется за легкомысленным поведением. Пусть. Пусть фотографирует, благо фотоаппараты здесь известны и даже если кто-то сообразит, что эта коробочка делает снимки, то не решит, что у него украли душу. Все-таки Российская империя не Папуасия.

* * *

На Базарной площади, где пахло колбасой от дома с вывеской "Колбасная", было тихо и намусорено. Вчера здесь был базар, а сегодня – тишина и спокойствие. Руслан подумал, что если бы не приметы того, что здесь живут люди – тот же мусор, пыль на улицах, изредка попадающиеся навстречу пьяные – можно было бы решить, что они – в огромном городе-музее. Вон два трактира с вывесками "Новгород" и "Биржа", самые настоящие, с потемневшими дверями и доносившимся изнутри гулом голосов. Правда, ощущение старины слегка портит надпись "Типография"… О!

www.rulit.me

Читать онлайн "Джип, ноутбук, прошлое [СИ]" автора Костин Константин Константинович - RuLit

– Лазаревич.

– Вы – агент французов. Почему? Взгляните на свой автомобиль.

Руслан посмотрел. Юля тоже с интересом взглянула.

УАЗ как УАЗ. Не спорткар, конечно, и не отполированный джип. Спокойно глядящий глазами фар работяга, бродяга…

Солдат.

– Вы считаете, что мой автомобиль предназначен для войны?

– Я не считаю! Он для войны и предназначен!

Фрезе опять набросился на "уазик".

– Защитная окраска, закаленные стекла, металлический пуленепробиваемый кузов, шины, предназначенные для бездорожья… Конструкция для массового производства. Продолжать? Вы, господин Мазуревич…

– Лазаревич.

– …привезли сюда, в Санкт-Петербург, опытный образец для того, чтобы предложить его российской армии. Разумеется, дешевый автомобиль могут приобрести для армии в больших количествах. Наши-то русские…

Фрезе как-то сразу поник, и казалось, постарел на несколько лет.

– Смотреть не на что. За границей лучше… – печально произнес он.

"Сто лет прошло, ничего не изменилось" – снова и снова возникала у Руслана одна и та же мысль.

– Вы неправы, господин Фрезе, – решительно сказал он.

– Неправ в чем?

– В своей оценке российского автопрома.

– И вы собираетесь мне это доказать?

– Да. Правда для этого я хотел бы предложить вам перейти в кабинет.

– Хорошо, – Фрезе вздохнул, – Идемте.

– Одну минуту, – Руслан повернулся в жене, – Юля, захвати, пожалуйста, из машины мой ноутбук.

– Хотите показать мне какие-то записи? – в глаза старика блеснула искорка любопытства.

– Можно сказать и так.

– Ну что ж, пройдемте в мой кабинет.

Фрезе двинулся в сторону здания фабрики, Юля придержала Руслана:

– Ты уверен? – шепнула она.

– Нет. Но мне надоело притворяться. Нужен какой-то человек из местных, кто знает о нас. Иначе я свихнусь.

* * *

В кабинете Фрезе бодро уселся в сильно потертое кожаное кресло и облокотился о выцветшее сукно письменного стола:

– Ну что ж, господин Мазуревич, показывайте ваш блокнот.

– Ноутбук.

Руслан поставил помянутый предмет на стол. Открыл крышку и нажал кнопку "Пуск".

Фрезе похлопал себя по карманам, достал кожаный футляр и извлек из него очки, круглые в стальной оправе:

– Любопытно…

Заставка Windows сменилась рабочим столом, картинкой с мрачным туманным ущельем и небольшой россыпью значком.

– Ну и что это? – Фрезе откинулся на спинку кресло и скрестил руки, – Что эта ваша игрушка доказывает?

– Это, – улыбнулся Руслан, – только начало.

В ноутбуке, кроме солидной коллекции фэнтези, нескольких анимешек Ани и семейных фотографий, ничего не было, но Лазаревич был уверен, что сама конструкция ноутбука, его возможности и качество фотографий, докажут автомобильному заводчику то, что он сейчас ему скажет.

Стрелка курсора навелась на папку "МЫ". Двойной клик…

– Мы, господин Фрезе, никакие не американцы и не французы. Мы – русские и никогда не покидали пределы России. Просто мы – из будущего. Из 2012 года.

* * *

– Да как, как вам еще можно доказать, что мы говорим правду?!

Руслан стучал ладонью по столешнице, на которой валялись купюры Российской Федерации, паспорта, водительское удостоверение, и подпрыгивали ноутбук и фотоаппарат.

– Вот это все, – он взмахнул рукой, – не доказывает, что мы – из будущего?!

– Каким образом?

Фрезе был спокоен и довольно улыбался.

– Ноутбук! – Руслан схватил его, еле подавив желание обрушить на голову вздорного старика.

– Игрушка.

– Какая еще игрушка?! Где вы видели такие игрушки?

– Ну, я давно не был во Франции, возможно, там нечто подобное уже на каждом углу продается.

– Вы видели в нем фотографии, вы видели фотографии в фотоаппарате! Разве в ваше время возможно такое качество?!

– Откуда я знаю, фотографии ли это? Может быть, это картины. Мастерство французских художников общеизвестно…

– Деньги!

– Фальшивка.

– Паспорта!

– Подделка.

– Пластик.

– Если я не знаю, что это такое, это не означает, что он из будущего.

– Автомобиль!

– Мне, – Фрезе снял очки и начал протирать их большим клетчатым платком, – льстит ваше заявление о том, что он сделан в России. Несмотря на это, я продолжаю вам не верить. Кроме того, мне неизвестен город Ульяновск, в котором, якобы, будет построен автомобильный завод.

Руслан зарычал от бессилия.

– В вашей легенде о будущем много фальши, – спокойно продолжал Фрезе, – взять хотя бы ваш акцент…

– Что?!! – дружно вскрикнули Руслан, который при Фрезе акцент никогда не имитировал и Юля, которая вообще никогда ничего не имитировала.

– Да, да, акцент. Он еле уловим, но тем не менее. Даже ваша очаровательная дочь – и та говорит с акцентом.

– Неправда, – Аня спряталась за Юлю.

– Итак, продолжим. В вашей легенде много фальши…

Фрезе сделал театральную паузу, за время которой Руслан успел представить себя в роли нищего бродяги, а Юля – закопать обезображенный труп фабриканта.

– Но я вам верю. Да, да, верю. По двум причинам. Первая: вы не похожи на мошенника, господин Лазаревич, а поверьте, я повидал их на своем веку. Для мошенника вы слишком… неубедительны. Вторая: я вам верю не потому, что вы меня убедили. Я вам верю потому, что хочу поверить.

Он развернул ноутбук:

– Покажите мне еще раз ту… фотографию.

– Какую? – не понял Руслан. Неудивительно: он еще не пришел в себя после таких крутых поворотов.

– Минуту… Нет… Нет… Нет… Да, вот эта.

Руслан взглянул на открывшееся фото. Недоуменно посмотрел на нее. Взглянул на Юлю.

– А что в ней такого?

На снимке стояли они втроем, залитые солнечным светом, на поле цветущих одуванчиков.

– Вот.

Фрезе ткнул пальцем в экран и отдернул его, увидев радужные разводы.

– Вот… что?

– В первую очередь, конечно, бросается в глаза наряд вашей жены…

Обычное летнее платье. Чуть выше загорелых коленок Юли.

– … но его можно списать на французскую… любвеобильность. Но вот этот автомобиль…

На заднем плане находилась трасса, по которой ехала фура. Обычная такая российская фура. Длиной метров в двадцать, что четко было видно при сравнении ее с оказавшимся рядом велосипедистом.

– Я могу не знать об электрических блокнотах, об этих ваших плистиках…

– Пластиках.

– Да, пластиках. В конце концов, это все не входит в круг моих интересов. Но автомобили… Смею надеяться, я в них разбираюсь. И могу с уверенностью заявлять, что ТАКОЙ автомобиль в наше время невозможен. И это – не макет, он явственно движется… хотя я и не понимаю, как можно делать фотографии такой четкости.

Фрезе наклонился ближе. В его газа заблестело доселе тщательно скрываемое негасимое любопытство.

– Расскажите мне о ваших автомобилях.

* * *

– Да… Сто лет прошло и ничего не изменилось…

Руслан вздрогнул: Фрезе озвучил его собственную, постоянно всплывающую мысль.

– Пежо и Рено просуществуют еще столетие, – фабрикант с грустью посмотрел на фотографию Шевроле-Нивы, – А русские по-прежнему строят автомобили на иностранных деталях.

Фрезе устроил Руслану настоящий допрос с выпытыванием самых мелких подробностей, о которых Руслан не то, что не знал, даже не подозревал. Ну откуда ему, среднестатистическому человеку знать, что такое рекуперативная система торможения, или что выпускает французская фирма "Дион-Бутон", даже если она просуществовала до двадцать первого века. Что характерно, Фрезе нисколько не интересовали компьютеры или политический строй. Фанатик от автомобилизма, он интересовался только и исключительно машинами, не вдаваясь в "несущественные подробности", вроде промелькнувших в разговоре Советского союза или Российской Федерации.

Чем больше Фрезе, узнавал, тем больше почему-то становился тоскливее. Поначалу Руслану казалось, что это оттого, что в будущем его, Фрезе, совершенно не помнят.

Но чем дальше, тем больше Руслану начинало казаться, что дело не в посмертной славе…

www.rulit.me


Смотрите также